id77 (id77) wrote,
id77
id77

Categories:

Женщины Эраста Петровича Фандорина. Часть 4

Здравствуйте уважаемые.
Продолжаем с Вами разговор о дамах Эрасте Петровича Фандорина. Напомню, что в прошлый раз мы с Вами остановились вот ту вот: https://id77.livejournal.com/1895437.html
Итак, 1900 год. Фандорину 44 года, он выучился в Соединенных Штатах Америке на инженера, но под фамилией Наймлес возвращается в Москву,дабы прекратить работу беспокоящего его "Клуба самоубийц". Одновременно случайно он оказывается втянут в мир криминального района Хитровка и дело с обнаруженным сокровищем древнего серебра. Об этих вещах Вы можете прочесть в книгах "Любовница смерти" и "Любовник смерти" соответственно.
Но тут перед нами стает дилемма. В обоих этих случаях мы имеем дело с 2 разными барышнями - марухой под кличкой Смерть и декаденткой Коломбиной, но считать ли их девушками Бонда Фандорина или нет- это вопрос открытый. Я считаю, что контакт у него был с обоими, хотя со Смертью,все-таки ничего не было.

Коломбина, она же в миру Маша Миронова - иркутская провинциалка, которой поэзией символизма и декадентства вскружил голову московский мальчик, дождалась совершеннолетия (21 год), и, используя наследство тетушки в 500 рублей приехала покорять Москву.

Точнее приехала за мальчиком, но он быстро ее разочаровал, зато ввел в клуб самоубийц, из-за которого она потеряла девственность (к чему, правда стремилась), чуть было не погибла, и получила очень большой жизненный опыт (правда негативный).

Постоянно пытающаяся фраппиовать своим поведением (носила ужика на шее, всем говоря, что это египетская кобра) однако Маша была вполне талантливым дизайнером (платье с колокольчиками очень даже неплохо) и я думаю, что возможно в будущем она посвятила этому жизнь. Эраст Петрович вывез ее в Париж, и что с ней стало дальше мы не знаем.

Коломбина могла выглядеть примерно так.

Одной из самых загадочных и интересных женщин являлось Смерть.Мы не знаем ее настоящее имя. Красивая, молодая, неглупая, очень добрая, на однако почему-то решила, что ее объятия смертельны. Почему именно - объяснили Сеньке Скорику (Семен Скориков) (главному герою книги) его новые хитровские кореша:
"Жила она, как положено, при отце-матери, не то в Доброй Слободе, не то на Разгуляе, короче, где-то в той стороне. Девка выросла видная, сладкая, от женихов отбою не было. Ну и сосватали ее, как в возраст вошла. Ехали они венчаться в церковь, она и жених ее. Вдруг два кобеля черных, агромадных, прямо перед санями через дорогу - шмыг. Если б тогда догадаться, да молитву прочесть, глядишь, по-другому бы сложилось. Или хоть бы крестом себя осенить. Только никто не догадался или, может, не успели. Лошади кобелей черных напугались, понесли, и на повороте бултых с бережка в Яузу. Жениха насмерть раздавило, кучер потоп, а девке ничего, ни царапки.

Ладно, всяко бывает. Повезли его хоронить, парня этого. Она, невеста, рядом с гробом шла. Убивалась ужас как - очень, говорят, его любила. А как стали через мост переезжать, напротив того самого места, где все приключилось, она вдруг как крикнет - прощай, мол, народ христианский - да через оградку, да с моста головой вниз. Накануне приморозило, на реке лед толстенный, так что по всему следовало ей себе башку вдребезги расколотить или шею переломать. Но вышло по-другому. Попала она прямиком в полынью, сверху ледком чуть-чуть заросшую и снежком припорошенную. Ушла под воду с головкой, и нет ее.

Ну, все думают, потопла. Бегают, руками машут. А ее, утопленницу-то, подо льдом саженей с полета проволокло, да из проруби, где бабы белье стирали, выкинуло.
Подцепили ее багром или чем там, вытащили. Она по виду как мертвая была, белая вся, но полежала, отогрелась и опять хоть бы что ей. Живехонькая.
За такую кошачью живучесть прозвали ее Живая, а иные называли Бессмертной, но это еще не окончательное ее прозвище было. Потом поменялось.

Проходит год или, может, полтора, родители ее давай снова замуж выдавать. Девка-то пуще прежнего расцвела. Посватался купчина один, немолодой, но сильно богатый. Ей-то, Живой, все равно было, за купчину так за купчину. Кто ее тогда знал, сказывают, что скучала она очень о женихе своем - о том, первом, что расшибся.
И что же? Новый жених за день до свадьбы, в церкви, на утренней, как захрипит, руками заполощет - и брык набок. Ногой подергал, губами пошлепал, и со святыми упокой. Кондрашка его прихватил.
После этого случая замуж она ходить больше не стала, а в скором времени сбежала из родительского дома с барином одним, из военных. Стала у него в доме жить, на Арбате. И совсем краля сделалась: одевалась по-господски, к отцу-матери приезжала в лаковой коляске, с кружевным зонтиком. Офицер даром что жениться на ней не мог, благословения от отца ему на это не было, а души в ней не чаял, безумно ее обожал.
Но только и третьего она сгубила. Был он, барин этот, крепкий собой молодец, кровь с молоком, а как пожил с нею сколько-то, вдруг начал чахнуть. Бледный стал, хилый, ноги его не держат. Доктора с ним бились-бились. И на воды его, и в заграницы, да все попусту. Сказывали, рак в нем какой-то завелся и клешнями своими всю внутреннюю ему разодрал.
Ну а как она офицера своего схоронила, тут уж до всех, даже до самых недоумных дошло: неладно с девкой. Тогда-то прозвище ей и переменили.
Назад в слободу ей ходу не было, да и не хотела она. Жизнь у ней пошла совсем другая. Обычный народ ее сторонился. Она мимо идет - крестятся, да через плечо плюют. А клеились к ней известно кто - фартовые ребята, отчаянные, кому и смерть нипочем. Она ведь, как из барина того сок весь высосала, вон какая стала, сам видал. Можно сказать, первая на всю Москву раскрасавица.

Так дальше и пошло. Кольша Штырь (забироха был знаменитый, на Мещанах промышлял) с ней месяца два погулял - свои же ребята его на ножи поставили, слам не поделили.
Потом Яшка Костромской был, конокрад. Чистокровных рысаков прямо из конюшен уводил, цыганам продавал за огромные деньжищи. Иной раз в карманах по нескольку тыщ носил. Ничего для нее не жалел, прямо в золоте купал. Застрелили Яшку псы легавые, полгода тому.
Теперь вот Князь с ней. Месяца три уже. То-то он и куражится, то-то и беснуется. Раньше был вор как вор, а ныне ему человека кончить, что муху раздавить. Все потому что со Смертью связался и понимает: недолго ему теперь землю топтать. Присказка есть: позвал смерть в гости, будешь на погосте. Прозвище - оно неспроста дается, да еще такое".


С ней познакомился Эраст Петрович и пытался убедить ее в том, что она глубоко заблуждается. Не скажу, что сильно удалось. Хотя Фандорин очень пытался. Опять-таки, красивая была:
"черные косы на голове венцом уложены, на плечах шелковый многоцветный платок, и платье тоже шелковое, переливчатое, но дело не в платке и не в платье. Очень уж у ней лицо было такое... даже не выскажешь, какое. Посмотришь - и обомлеешь".
Скорик был в нее очень влюблен, и даже благодаря уроком большого специалиста в женщинах - Масы, был близок к своей мечте- стать любовником Смерти :-)
Эраст Петрович планировал увезти Смерть из Москвы с собой в Париж, он планировал мотопробег, но Смерть была убита в разборке в подземелье за клад. Очень жаль ее.
Но уехали Фандрин, Коломбина и Скорик, который потом стал известный французским бизнесменом в области кино.

Продолжение следует...
Приятного времени суток.
Tags: Книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments